«У солдат-добровольцев была одна саперная лопатка на четверых, поэтому окопы рыли... касками» - волонтер из Сум

Батальон «Сумы» в зоне АТО жители области обеспечивают всем необходимым. Каждую неделю, рискуя жизнью, грузы на передовую отвозит 27-летний волонтер Андрей Букин. Недавно он доставил гуманитарный караван и сиротам, эвакуированным из Донецка.

Вот уже три месяца Сумы отправляют своим бойцам караваны гуманитарных грузов. Волонтер Андрей Букин каждую неделю лично отвозит продукты в зону военных действий. Один караван — это примерно три с половиной тонны груза стоимостью до ста тысяч гривен. Для небольшого города — довольно ощутимая нагрузка. Увы, ношу тылового обеспечения солдат взвалили на себя обыкновенные люди.

Ехать туда, где опасно, боятся даже сотрудники военно-полевой почты. Поэтому собранные и принесенные в военкоматы материнские посылки лежат там неделями. Волонтеры говорят, что с такой бюрократической машиной, как в армии, они еще не сталкивались. Не успевают перестраиваться в условиях военного времени и чиновники. Пример тому — эвакуированные из зоны АТО в Дружковскую школу-интернат дети-сироты из Донецка. Детей вывезли, а про то, что их нужно кормить, забыли. Собственные ресурсы интерната почти закончились. Волонтеры спасли этих деток от бомбежек. Теперь спасают от голода…

— В Дружковку к детям-сиротам я попал случайно, — рассказывает волонтер Андрей Букин. — Мне позвонили знакомые и сообщили, что есть три с половиной тонны гуманитарного груза. Его собирали больницы, поликлиники, общественные организации для эвакуированных из Донецка детей-сирот. Груз собрали, а вот куда его везти, чиновники не знают. И тут позвонил друг: «Нужно собрать еду для Дружковского интерната». Я обрадовался: «Отлично, у нас как раз все готово». Буквально на следующий день мы выехали, загрузив две машины продуктами, моющими средствами и игрушками. В шесть часов утра уже были в Изюме. Там меня познакомили с известным на всю страну волонтером Арменом Никогосяном. Этот удивительный человек спас не одну солдатскую жизнь. Из Изюма, уже вместе с Никогосяном, одной колонной, мы отправились в Дружковку, в интернат для детей-инвалидов. Эти дети особенные, очень чуткие. Они задавали нам вопросы, от которых начинали душить слезы: «Дядя, а вы это нам привезли?», «Вы продукты не заберете?», «Вы еще приедете?» Я видел, как взрослые, 60-летние дядьки, отворачивались и плакали. Это невозможно забыть.

Дети не дали нам возможности разгрузить машины — за десять минут сделали это сами. Хотя машины были забиты так, что проседали рессоры. Мы уехали из Дружковки с твердым решением вернуться в интернат снова, потому что там реальная беда. Ведь к моменту нашего приезда на складе было только три мешка с крупами.

10s05 bukin1 kопіювати 10s05 bukin kопіювати

Воспитанники интерната, эвакуированного из Донецка, сами помогли разгрузить привезенные им подарки

Руководство и персонал интерната делают все возможное, работают без выходных в две смены. Воспитатели падают с ног от усталости. Однако некоторые дети спят на полу, потому что не хватает кроватей. Средства на хлеб, рассчитанные до конца года, уже потрачены. Очень мало памперсов, лекарств. А ведь в интернате дети с особенными потребностями — инвалиды, больные ДЦП, лежачие. У меня только один вопрос к руководству: почему они сразу не обратились к волонтерам? Киньте клич, и люди помогут. Мы тоннами отправляем продукты в армию. Так что — детям не поможем?

— Андрей, как получилось, что вы теперь фактически стали снабженцем армейских частей?

— Все началось, когда мой близкий друг пошел добровольцем в Национальную гвардию, — отвечает собеседник. — Их батальон направили под Славянск. Друг — очень скромный человек, который никогда ничего не просил. И вдруг я получаю от него sms-ку о том, что у бойцов нет… еды. Выяснилось, что проблема не только в еде. Ребята заболели ангиной, а у них нет не только лекарств, даже чая. Нужно копать окопы — нет лопат… Тогда про волонтеров в Сумах еще никто не знал. Хотя в Киеве и Харькове это движение уже работало. Мы собрались с друзьями и поехали на передовую.

В первую экспедицию мы с начальником областного управления здравоохранения и водителем отправились на реанимобиле. Все увидели своими глазами. Сто человек солдат-добровольцев прятались от обстрелов за мешками с песком, жили в купленных в магазине палатках. На блокпосту пытались окопаться — одна саперная лопатка на четверых, и парни фактически рыли себе укрытия… касками. Никакой военной техники нет. Только боевой дух у ребят был на высоте. Благодаря этому и держались.

Мы разгрузились, узнали, что требуется бойцам в первую очередь, и решили на следующей неделе приехать сюда снова. Отправились во второй раз и увидели, что ситуация изменилась. У ребят были вода, еда. Однако не успел вернуться в Сумы, как мой телефон буквально «раскалился» от звонков.

— Что-то случилось?

— На передовую в составе территориального батальона «Сумы» отправили 460 земляков. Мы стали им помогать, отправляя большие продуктовые караваны. К тому времени собственных денег у меня уже не было. Спасибо, откликнулись жители области.

Потом в зону АТО отправили сводный отряд сумской милиции. К тому же сумчанами стали доукомплектовывать другие воинские части. Но мы же не можем приехать в часть и привезти продукты только для своих земляков. Поэтому под нашей опекой полторы тысячи че­ловек. Отвезли в зону АТО уже двенадцать больших караванов гуманитарного груза.

— Как военные воспринимают вашу помощь?

— Бойцы принимают нас тепло. А штабное руководство иногда выражает недовольство. В штабе говорят: везите все нам, мы сами будем распределять товары. Но у нас, волонтеров, так не делается. Я знаю точно, куда еду и кому лично отдаю груз.

— Вы помогает армии уже четвертый месяц. За это время ситуация с обеспечением улучшилась?

— К сожалению, ничего не изменилось. Я не понимаю, почему государство не может обеспечить своих солдат? Какой-то замкнутый круг! Как только в зону АТО перебрасывают новую часть, у ребят начинаются те же проблемы. Первую неделю им нечего есть. Доставляем продукты — солдаты просят привести хозтовары: сапоги, лопаты, топоры, сменные вещи. Чувствую, скоро начнем возить туда патроны! До каких пор я каждую неделю буду доставлять на передовую карбюраторы и генераторы?

Наши артиллеристы стоят в самых опасных точках. А у них техника прошлого века, да и та в ужасном состоянии. Однажды бойцы выехали на боевые позиции и… не смогли вернуться назад. Машины встали — ни туда, ни сюда. Почему этим не занимается командование полка, заместитель по техническому обеспечению?

Помню, приехав к артиллеристам, попросил написать список необходимых им деталей. Бойцы посмотрели на меня скептически: мол, тут государство ничего не выделяет, откуда ты возьмешь? Но список написали. Запчасти к боевым машинам мы искали по всей Украине, собирали со всех автоколонн, автобаз, недостающие детали даже пришлось отвинчивать с памятника. Однако привез им все! И заработал доверие.

Я задал губернатору вопрос: почему он ходит на работу в удобных обуви и одежде, в то время как наши солдаты разуты-раздеты? Мне отвечают: так у них есть обувь. Есть, говорю, только вся уже разлезлась. Идет осень. Ребятам нужно термобелье, хорошие спальники, плотные карематы. Я считаю, что государственным чиновникам нужно разбиться в лепешку, но добиться, чтобы у бойцов на фронте было все необходимое.

— Очень опасно доставлять грузы в зону АТО?

— Приближаясь к передовой, понимаешь, что рискуешь жизнью. Но меня возмущает другое: сложнее всего проезжать харьковские блокпосты. Там есть работники милиции с откровенно украинофобскими взглядами. Они ненавидят наше государство и людей, которые его защищают. И не скрывают этого. Однажды у нас два часа проверяли документы. Спрашивают: где были? Я отвечаю: возили помощь украинской армии. Ну и началось: «Не надо туда ездить, нац­гвардейцы сами выбрали свою судьбу, воюют за 300 гривен. Зачем вы им помогаете?» А моих знакомых, которые ехали в батальон «Айдар», харьковские милиционеры просто сняли с рейса и продержали в участке почти сутки. Не понимаю, как сейчас такие люди могут работать в силовых структурах.

— Чему больше всего радуются солдаты?

— Чистой воде, письмам детей и передачам из дома. Мне кажется, война очищает людей. Вымывает из душ социальный шлак. Взрослые, как в детстве, начинают верить в простые вещи: дружбу, братство, любовь к ближнему и любовь к Родине. Поражает то, что уставшие, грязные, замордованные бойцы не собираются опускать руки. Все, с кем я говорил, готовы идти на передовую. Это вдохновляет. В Украине начало зарождаться войско. Рано или поздно, но мы получим мощную народную армию. Без продажных генералов, вороватых прапорщиков и трутней в военкоматах.

Закончилось лето. Первое лето войны. Я смотрю на своих друзей — волонтеров из других регионов — и понимаю, что обыкновенные люди взвалили на себя огромную ношу по обеспечению армии. Мы за последнее время много чему научились. Во многом стали специалистами. А научилась ли чему-нибудь власть? Научились ли военные тыловики? И способны ли они учиться вообще?

Автор
(0 оценок)
Изложение
(0 оценок)
Актуальность
(0 оценок)
1114 просмотров в июле
Я рекомендую
Пока никто не рекомендует